Священный лотос

Священный лотос рождается в грязи донного ила, но его чистая истинная природа ведёт его сквозь тёмную воду к солнечному свету, где он и распускается прекрасным цветком. Осознать эту истинную природу, искренне действовать в согласии с этим внутренним импульсом в человеке — в этом смысл настоящей Традиции. Путь к очищению собственного сознания и обретению мастерства кунфу — это путь абсолютной искренности и чистоты. Это подразумевает чистоту намерений, уважение к окружающему миру, любовь к близким и многое другое.Священный лотос рождается в грязи донного ила, но его чистая истинная природа ведёт его сквозь тёмную воду к солнечному свету, где он и распускается прекрасным цветком. Осознать эту истинную природу, искренне действовать в согласии с этим внутренним импульсом в человеке — в этом смысл настоящей Традиции. Путь к очищению собственного сознания и обретению мастерства кунфу — это путь абсолютной искренности и чистоты. Это подразумевает чистоту намерений, уважение к окружающему миру, любовь к близким и многое другое.

Являясь центральным образованием в структуре человеческого существа, выполняющим регулятивные функции в становлении мотивационной, волевой, эмоциональной сферы субъекта, ценностные ориентации имеют большое значение для формирования активной жизненной позиции индивидуума, его готовности к преодолению трудностей. Познание ценностей, функционирующих в определённом обществе, является важной предпосылкой формирования системы ценностей отдельного человека. Занятия восточными боевыми искусствами, как любая целенаправленная деятельность, в которую включен человек, обуславливает те или иные изменения в его индивидуальных структурах. Такие изменения определяются спецификой деятельности и должны иметь некоторую динамику, как с увеличением стажа деятельности, так и с изменением мотивов и мировоззрений человека. Отличительной чертой, формирующей ценностные ориентации среди практикующих восточные боевые искусства, является присутствие в практике традиционного компонента, представленного в виде ритуалов, кодексов поведения, правил регламентирующих тренировочные процессы. Практики Шаолиньского монастыря несут в себе историческую традицию, где целью является физическое и духовно-нравственное совершенствование, достижение гармонии человека с собой и с окружающим миром.

Шаолиньское кунфу, как кристаллизация мудрости китайского народа, было предметом восхищения на протяжении тысячелетий и распространилось по всему Китаю. Как идея развития общества Шаолиньское кунфу вышло сейчас далеко за пределы Китая. Насчитывается огромное число стран, основавших специальные организации для изучения Шаолиньского кунфу. Тысячи любителей кунфу проходят долгий путь, чтобы попасть в Шаолиньский храм с целью своего развития или практики кунфу. Кроме Японской Ассоциации Шаолиньского кунфу, существуют и некоторые другие крупные организации мира, включая: Национальную Ассоциацию кунфу Сингапура Шао Чжонг Шан, Ассоциацию кунфу Малайзии, Американскую Ассоциацию кунфу Монастыря Воллин, Итальянский Тренировочный Центр Шаолиньского Боксинга, Польский Тренировочный Центр Китайского Боксинга Шаолиня, Швейцарскую Ассоциацию Шаолиньского кунфу и т. д. В 1999 году в Москве был зарегистрирован Центр изучения традиционного боевого искусства Шаолиньского монастыря. Центр является единственным, официальным представительством Шаолиньского монастыря на территории России, а его Настоятель — Мастер Ши Юнсин является Почётным президентом Центра.

Так как Шаолиньское кунфу берет свое начало в буддистском храме, в своей этиологии оно должно иметь связь с Дзен-буддизмом. Фактически, Шаолиньское кунфу является выходной характеристикой естественного соединения Дзен-буддизма с Боевым стилем.

Древний индийский буддизм противостоял традиционно китайским конфуцианству и даосизму. Надписи на камне в Шаолиньском храме о «Трех фракциях и Девяти религиозных школах» детально иллюстрируют и хорошо проясняют взаимоотношения и сочетания комбинаций трех религий.

Там говорится: «… три религии являются одним телом, девять школ происходят из одного источника», это фактически признает то, что Буддизм, Даосизм и Конфуцианство имеют общее начало. К тому же идеология китайского традиционного патриархального клана насквозь пронизана Дзен-буддизмом. Система Шаолиньского монастыря передачи по старшинству от поколения к поколению установилась также согласно подобной же передаче по старшинству в китайской феодальной семье. Начиная с поколения Фуйю, Шаолинь установил систему подобную феодальной системе по старшинству, 72 слова которой определяют порядок проповеди религии и обучения кунфу. Также как и Дзен-буддизм, Буддизм соединен с Конфуцианством и Даосизмом и теоретически интегрирован. Таким образом жизненное пространство буддизма было расширено, а ограничения буддизма уменьшены. Во-вторых, доктрины Дзен-буддизма стали включать боевые искусства. Древний индийский буддизм имел целью благостность и терпимость, но Дзен-буддизм произвел сильные изменения, так как связан с традиционной культурой Китая.

«Классическое Фа Хуа», — манускрипт Дзен-буддизма говорит, — «Если Бодхисаттва терпит дьявола, творящего безнаказанное зло с целью разрушить позитивный закон, такой Бодхисаттва сам является дьяволом». Дзен-буддизм также предлагает освободить души из чистилища, так как злом является ограничение развития естества. Для уменьшения зла Дзен-буддизм предлагает кунфу. Тем самым Дзен-буддизм объединяет буддизм с практикой кунфу.

«Превозносить доброе и подавлять плохое, применяя кунфу для уменьшения зла» — подобные предложения Дзен-буддизма происходят из сочетания Дзен-буддизма с традиционной китайской идеологией. В результате Буддизм и боевые стили были интегрированы. В связи с этими обстоятельствами, обычной практикой Шаолиньского монастыря стало объединение Дзена с практикой кунфу. Например, медитация сидя помогает монахам развивать мозг и усиливать тело мягким думанием. Это одновременно является развитием разума и практикой кунфу.

Полторы тысячи лет назад в Южном Тяньзю (современная Индия) жил мастер Панродоло, 27 потомок Шакьямуни (основателя буддизма), он был наставником буддизма и было у него множества учеников, среди которых шестеро любимых. Любимым ученикам было сказано, что рано или поздно пять из шести достигнут духовного бессмертия, и только один из них по имени Дхарма не получал ничего. Позже Панродоло сказал Дхарме: «Тебе следует пойти в Зендан (ныне Китай), где ты кем-то станешь». И вот Дхарма покинул родную землю ради путешествия в Китай. Три года пришлось потратить ему, чтобы достигнуть Чженджоу, Китай, в 527 г. до н.э., в третий год правления императора By из династии Нан. После беседы с императором Дхарма понял как мало общего у них, так как Махайяна (Великое Средство Пути), в которую верил он сам, была противоположна Хинайяне (Малому Средству Пути), в которую верил император. Дхарма вскоре отправился на север, пересек реку Янцзы и шёл пока не достиг горы Сонгшан, на которой располагался храм Шаолиня. Дхарма погрузился в медитацию в горной пещере пика Вуру, находившейся на севере от храма Шаолиня.

Во время медитации в этой пещере, Дхарма осознал, что Малое Средство Пути, преобладавшее в Китае, подошло к концу. Буддизм в Китае нуждался в реформировании. Смышленый Дхарма чувствовал, что если верование не придется по вкусу китайскому народу, у него не будет будущего. Поэтому, основываясь на Великом Средстве Пути древней Индии, Дхарма положил начало уникальному буддизму –Дзен-буддизму. Новый способ практики буддизма вобрал в себя медитацию сидя, но без декламации сложных буддистских манускриптов, как это принято у индийских буддистов. Дхарме потребовался долгий путь для понимания практики своего нового способа буддизма. Повернувшись лицом к стене пещеры горы Сонгшан, он сидел в медитации круглые дни на протяжении девяти лет. Позже камень, на который он смотрел, практикуя буддизм, был назван Мьянби и стал почитаться в широких кругах буддистов.

Дзен-буддизм основанный Дхармой — сжатая и легкая практика. Вскоре Дзен широко распространился в Китае, был принят народом Китая и стал основным течение китайского буддизма. Поэтому Дхарма чествовался в качестве прародителя буддизма. Удивительным было то, что Дзен-буддизм, включающий медитацию сидя, как способ практики буддизма, породил известный во всем мире Шаолиньское кунфу.

Казалось бы буддизм, имеющий целью естественную благость, не должен иметь ничего общего с кунфу… Тогда, что же из буддизма может быть принято в кунфу, вышедшем из буддизма? Причина лежит в той истине, что сверхвосприятие становится подвижным, следующим за всем. Сущность истинного буддизма следует исключительному спокойствию и старается достигнуть цели спокойной медитацией и внезапным осознаванием. После того, как буддисты долгое время сидят, они естественным образом устают иконечности их затекают. Поэтому практика не может быть продолжена. Чтобы преодолеть трудности, должен быть найден способ, и таким способом оказалось движение. Только в соединение одного и другого, метод сможет работать. Поэтому буддисты Шаолиньского монастыря выполняют некоторые физические упражнения и практикуют кунфу после долгих медитаций сидя. Шаолиньское кунфу после долгой практики, обобщений иулучшений постепенно превратилось в уникальное боевое искусство. Важным фактором развития Шаолиньского кунфу явилось изучение уникальных повадок диких животных. К слову сказать, умения диких животных — источник Шаолиньского кунфу. Практикуя кунфу, Шаолиньские монахи имитируют повадки различных животных, например, проворность обезьяны, прыгучесть смелых тигров, скрежет когтей ястреба, стремительность прыжка богомола к его добыче и т.д. Практикуя кунфу, монахи пытались вобрать в себя преимущества ловкости животных. Взять к примеру 18 умений Arhat Hand (Руки Архат), наиболее старого стиля кунфу, многие шаблоны движений которого включили уникальные позы диких животных, как например, купание ласточки, поворот и полет сазана, олень вручающий цветок, белый журавль раскрывающий крылья, обезьяна срывающая персик, серебряная змея высовывающая язычок и т.д. Другие стили кунфу также включают в себя многие специфические позы диких животных. Практикующие Шаолиньское кунфу первоначально изучают действия определенного животного, затем имитируют его позы, и в конце концов создают яркие пиктографические шаблоны стиля кунфу. Такие стили Шаолиньского кунфу как Стиль Обезьяны, Стиль Дракона, Стиль Леопарда, Стиль Журавля, Стиль Богомола являются наиболее известными. Все эти стили имеют черты соединения формы и духа, достигая наивысшей точки совершенствования, они обладают способностью справится с сильным противником.

Шаолиньское кун-фу включает много умений и навыков, таких как Искусство Борьбы, Владение Оружием, Управление Внутренней Энергией, Тяжелое Кунфу, среди которых Борьба и Владение Оружием обычно доступны показу, в то время как остальные магические и тайные умения неизвестны внешнему миру.

Шаолиньские монахи подвержены сильному влиянию идеологии Патриархального клана. Каждое поколение строго следует предписанию «Кунфу внедряется только внутри». Таким образом, многие магические искусства Шаолиньского кунфу преподавались только внутри монастыря, и лишь некоторая часть кунфу вышла вовне монастыря — в общество. Магические умения Шаолиньского кунфу включают в себя: Ки Гонг, Искусство Полета, Тяжелое Кунфу, Детское Кунфу, Искусство Чжу Шао Ладони, Искусство Дыхания Инь-Ян, Кунфу Мэйхуа, Кунфу Железной-головы, Кунфу Железной Шеи, Искусство Касающегося, Кунфу «распределения» костей, Искусство Хватать, Кунфу Огня, Искусство Железной Рубашки, Дзен Юань Кунфу и т.д. Шаолиньское Ки Гонг классифицируется как внутреннее кунфу. Внутреннее кунфу может усилить человеческое тело путём вдыхания и выдыхания Ки (энергии) для циркуляции по кровотокам и активирования артерий и вен человеческого тела. Эти виды Ки Гонг включают: Ба Дуан Джин, И Джи Джинг, Инь-и-Ян кунфу, Дзен Юань Кунфу, Кунфу Медитации сидя и т.д. Внешнее Шаолиньское кунфу является Тяжелым кунфу, которое обладает целым рядом категорий. Внешнее кунфу работает посредством направления внутренней Ки в определенную часть человеческого тела, чтобы дать возможность этой части тела обладать исключительной силой, к примеру, для практики Разламывание Палки о Голову, Разрубание камня Ладонью, Раскрашивание камня Ногой и т.д.

Для приобретения мастерства в кунфу требуется много упорства и трудолюбия. Магическое искусство Шаолиньского кунфу прежде всего приходит в результате долгих постоянных тренировок. Среди Шаолиньских буддистов бытует высказывание: «Три года тренировок ударов ногой, два года ударов кистями», — что означает необходимость 3-5 лет для «схватывания» только основ Шаолиньского кунфу.

Обычно буддистские монахи в течение нескольких дней сидят, практикуя Кунфу Медитации сидя. Основное искусство Кунфу Направления Разума требует более трех лет практики. После того, как это знание будет постигнуто, можно переходить к достижению техники «Бурение Дыр Ногой» и «Дробление Камней Ладонью». Шаолиньское детское кунфу требует еще большей постоянной практики. Практика этого кунфу начинается с детства и продолжается долгое время безо всяких перерывов. Каждый буддист должен пройти такую Практику и в течение самой холодной зимы и в течение самого жаркого лета. Все Шаолиньские монахи без исключения выполняют элементы этой практики, катаются по заснеженной земле с оголенным телом, а также карабкаются вверх и вниз по сотням ступенек в горах Сонгшан. Практикуя «Выращивание Каменной Колонны», буддистские монахи стоят на голове на снегу полдня. Шаолиньский «Сон Архата» является еще одним видом кунфу. Практикуя этот вид кунфу, буддистские монахи ночь напролет спят с подвешенным за шею телом. От буддистов требуется стоять как сосны, сидеть как камни, лежать или спать в позе дуги лука. Во время практики буддистам следует быть сконцентрированными на кунфу. Редко можно увидеть Шаолиньского монаха, практикующего кунфу в дневное время, обычно они занимаются поздно вечером или в глубине леса. Чтобы абсорбировать учение, Шаолиньские буддисты медитируют только в спокойном тихом окружении.

Следует сказать, что в сложившейся ситуации в России, когда стало очевидным ослабление государственной политики в сфере поддержания здоровья и уровня рождаемости населения, утраты контроля над ситуацией системного кризиса отечественного здравоохранения, потере населением всяких духовных ориентиров, в наступившей глубокой деструкции социальной сферы и систем жизнеобеспечения, огромное значение приобретает институт некоммерческих общественных организаций.

В процессе развития современной цивилизации наряду с огромными успехами человечеством были допущены и грубые просчеты, в настоящий момент приведшие к тому, что дальнейшее существование человека как вида, а следовательно и социальных институтов, становится сомнительным. Всё более увеличивается разрыв между ригидным биологическим началом в человеке и быстро меняющимися социальными условиями. В условиях социальных катаклизмов, подобных происходящим ныне на территории бывшего СССР, этот разрыв становится фатальным и психологическая дезадаптация, результаты которой всем известны, принимает катастрофические размеры. В нашей стране специалисты, занимающиеся процессом адаптации личности к условиям жизни, почти отсутствуют. Именно поэтому необходимым элементом терапии и реабилитации населения должна быть программа, которая позволила бы включиться в систему самосовершенствования и обучения гибкому приспособлению к патогенным факторам среды.

Ведущие специалисты в области психотерапии считают, что наиболее эффективным механизмом в системе психотерапевтической реабилитации пациентов с депрессиями может быть их включение в какую либо организационную структуру оздоровительно-воспитательного характера. В настоящий момент существует ряд организаций и общественных объединений, работающих в рамках современных программ гуманистической психотерапии, нацеливающих свою деятельность на личностный рост и внутреннее самосовершенствование, духовное и физическое. В условиях идеологического и духовного вакуума эти программы представляют реальную возможность обеспечить важнейшие факторы реабилитации по критериям степени улучшения социального функционирования, осознания людьми механизмов болезни, изменения нарушенных отношений личности.

По нашему мнению, одной из таких программ является программа Центра изучения традиционного боевого искусства Шаолиньского монастыря. Центр является общественной организацией, имеет свой устав, определяющий порядок его внутренней и внешней деятельности. Задачей центра является объединение людей, стремящихся к духовному совершенствованию. Идея, положенная организаторами центра в основу своей системы, является отражением
4000
естественного духовного поиска, изначально присущего человеку; и если раньше эта идея проецировалась сквозь призму религии, то в наше время разработаны научные приёмы и механизмы формирования и коррекции более адаптивной и, следовательно, более совершенной личности. При этом узловым, концептуальным моментом, выступающим как идеологический стержень, является положение о необходимости следования законам природы.

Концепция Центра мягко и ненавязчиво помогает реализовать свободную и естественную самоактуализацию личности, как бы осторожно направляя её в позитивную сторону. Вся последовательность занятий по программам Центра с использованием арт-терапии, приёмов самовнушения и аутогенной тренировки, медитации, практики кунфу, цигун, дозированных физических упражнений направлена на формирование убеждений и установок личности, основанных на добре, справедливости, честности, здравом смысле и отвергающих «чертовщину» примитивного мистицизма и суеверий, широко распространённых в настоящее время в нашем обществе.

Источник:
Рогов В.М. (Ши Янвэй)
Центр изучения традиционного боевого искусства Шаолиньского монастыря