Растворение стола

Стол, вообще говоря, — любимый преподавательский объект. В этот раз он был использован, когда на семинаре зашёл разговор о Беркли и Юме. После того, как несколько студентов произнесли догматические фразы о том, что согласно Беркли и Юму вещи — комплексы ощущений, мы начали разбирать этот вопрос всерьёз. «Вы-то сами как полагаете — эти философы правы?» Некоторые студенты, помня прошлые занятия, поспешили согласиться.Стол, вообще говоря, — любимый преподавательский объект. В этот раз он был использован, когда на семинаре зашёл разговор о Беркли и Юме. После того, как несколько студентов произнесли догматические фразы о том, что согласно Беркли и Юму вещи — комплексы ощущений, мы начали разбирать этот вопрос всерьёз. «Вы-то сами как полагаете — эти философы правы?» Некоторые студенты, помня прошлые занятия, поспешили согласиться.
— «То есть вы действительно полагаете, что вот этот стол — ваши ощущения?»
— Ну, они же так писали…
— А вы сами как полагаете? Вот смотрите — ваша голова здесь, а стол — здесь. Где ощущения ваши? (Дальше я говорил в медленном темпе, отчётливо выговаривая каждое слово, стараясь ставить чёткие ударения во фразе и глядя студенту прямо в глаза и так же иногда смотря на других. В аудитории стояла тишина)
— В голове.
— Конечно. Ощущения — в голове. В голове! Верно? (Обращение к группе)
— Да, да, конечно!
— А стол — вне головы. Правильно?
— Да!
— Ну вот, а вы говорите, что вещи — комплексы ощущений. Так правы эти философы?
— Не правы!
— Вот он стол, я его касаюсь. Сами попробуйте (студенты поглаживают свои столы). А головы у нас — в другом месте! Верно же? (Некоторые студенты, улыбаясь, прикасаются к головам)
— Хорошо. Теперь попробуем вдуматься (делаю ударение) в то, в чём мы абсолютно уверены. Вот мы видим поверхность стола. Она плоская?
— Да, плоская!
— Точно плоская? (Поглаживаю стол)
— Да! (студенты поглаживают стол)
— Хорошо. Теперь предположим, что мы смотрим на стол в сильную лупу. Мы увидим, что он плоский?
— (студент неуверенно) Да…
— Неужели? Те царапины, которые мы сейчас не замечаем, уже будут весьма существенны? Скажем, при 30-кратном увеличении? Разве не так?
— Да…
— Хорошо. Теперь предположим, что мы посмотрим на стол в микроскоп. Это конечно, будет не просто — в микроскоп придётся смотреть не на весь стол, а на тонкий ограниченный срез его поверхности, но это ведь не так важно? Весь стол состоит из таких срезов. Предположим, мы смотрим на стол в микроскоп. Он будет плоский? (Студенты молчат) Ну вы же в школе видели микроскоп, знаете, что это такое?
— Да…
— Ну знаете, что микроскоп даёт увеличенное изображение?
— (студенты улыбаются) Да!
— так вот, если мы посмотрим в микроскоп на этот стол, то мы вовсе не увидим никакой плоскости. Наоборот, это будет гористая какая-то местность, каждая царапина — как скала, да и другие неровности будут видны, вздутия всякие, пятна краски… Верно? Или я ошибаюсь и мы этого всего не увидим?
— Увидим!
— Увидим. Хорошо. Теперь вопрос. Подумайте! (Все студенты смотрят на меня). Так какой образ правильный — стол как плоскость или стол как неровная поверхность? Каков стол на самом деле (сильное ударение)?
— (студенты молчат)
— (одна студентка) Всё-таки стол плоский…
— А микроскоп показывает неправду?
— (студент) Нет, в микроскопе вернее…
— То есть наше обычное зрительное восприятие неверно, а в микроскопе — верное?
— Да…
— Хорошо. А вот есть ещё и электронный микроскоп, дающий ещё большее увеличение. Электронный микроскоп позволяет видеть кристаллические решётки. И то, что мы видим в электронный микроскоп, непохоже на то, что мы видим в оптический. Не видим мы эти решётки в оптический микроскоп и с помощью лупы — тоже. А в электронный — видим. Так какое изображение верное?
— А может быть, они все верные?
— Здорово. Все верные! Но разные… Правда?
— Правда!
— Один и тот же стол виден так или иначе! Верно я рассуждаю, дамы и господа?
— Верно! Правильно!
— Замечательно. Но вот вопрос, если изображения такие разные, то какие у нас основания говорить, что мы имеем дело с одним и тем же столом? Где тот самый стол, который (сильное ударение) проявляется в разных видах?
— (молчание).
— Так где он? Где мы его видели?
— (студентка трогает стол) Ну вот же он…
— Здорово! Мы щупаем тот самый стол! Правильно?
— (студент…) Но это тоже ощущение…
— Ощущение… (делаю паузу, словно задумываюсь). А ведь правда! Ощущение! Только тактильное, а не зрительное. Верно? Или нет?
— Верно.
— Но это ведь другое ощущение, отличное от зрительного? Или они такие же
— Да, но это ощущения одного и того же стола!
— Правильно! Одного и того же стола! Да?
— Да!
— Но вот вопрос, какой (ударение) это стол. Ведь стол-то должен нам быть дан в опыте? Это какой стол нам в опыте дан? Который мы видим невооружённым глазом, вот я смотрю на него и вы смотрите?
— (студенты неуверенно) Ну да…
— Или тот, которые мы в лупу видим? Или в микроскоп? Или в электронный микроскоп? Так какой стол мы сейчас трогаем?
— (студенты снова начинают трогать стол. В их глазах растерянность. Вдруг один студент произносит вполголоса, как бы самому себе — Так что же, стола нет? Студентка, которая сидит напротив меня, хватается за стол, в её глаза страх…
— Да не волнуйтесь вы так, дамы и господа. Стол никуда от вас не убежит, чего вы его так держите? Погладьте его (студенты начинают опять гладить столы). Вот, столик ты мой хороший, не уходи от меня, пожалуйста, ладно? (студенты улыбаются). Реальность, в которой мы живём, прочна, не волнуйтесь, но эта прочность — прочность наших привычек, прочность стереотипов нашего сознания. И вы в ней будете жить совершенно нормально и без проблем. Но стоит понять, что если реальность создаётся нами самими, мы можем её изменить, если захотим. И мы не станем обвинять реальность, что она плоха, если нам плохо. Напротив, реальность потому и плоха, что плохо нам, и если мы изменим себя, изменится реальность. Верно? Или всё-таки стол объективно существует, а мы его воспринимаем?
— Нет, не существует, всё правильно…
— Да, но у стола ведь не только плоская поверхность. У него есть ещё и цвет, и вкус, и запах. Кроме того, мы же отличаем стол от стула? Верно? А кроме того, пусть даже стол — порождение нашего сознания, но это же — наше сознание, оно в черепе… Разве не так?
— Так
После чего мы аналогичным образом на разные примерах выясняем, что и остальные характеристики не дают нам того самого «объективного стола», говорим о субъективности восприятий, о субъективности понимания одних и тех же предметов людьми разных социальных групп, о том, что представления о черепе, мозге и сознании под черепом — стереоскопические представления нашего сознания…

Источник:
vidjnana.livejournal.com